Dịch "Chiều Mátxcơva"

[Old Tiger]

@ hungmgmi: Tiếc rằng chúng ta không thể hiểu nhau. Khó nhỉ.

nthach viết

Tôi nhớ là đã có chính người Nga giải thích rằng: từ вечер trong bài hát này có nghĩa là vào thời gian mặt trời đã tắt bóng, và bài hát này ban đầu được mang tên là "Những đêm trên thành phố Leningrad" và sau đó chưa biết vì lý do nào, nó lại chuyển thành tên gọi là "Những đêm ngoại ô Moskva".

Xin giới thiệu một ảnh minh họa của bài hát này do các bạn Nga đưa lên diễn đàn:

Hổ chỉ théc méc một cái là bức ảnh minh họa sao như trưa hè nước Nga nhỉ, chứ không phải đêm.

Để khỏi bị coi xi pam, Hổ vác ra đây nguồn gốc của bài hát «Подмосковные вечера» từ trong http://ru.wikipedia.org/wiki để đọc cho vui.


«Подмосковные вечера» — широко известная советская песня послевоенного времени, сохраняющая многочисленных почитателей и по сей день. Написана совместными усилиями Василия Соловьёва-Седого и Михаила Матусовского. Первый из этих сочинителей, будучи уроженцем Ленинграда, хотел сначала назвать песню «Ленинградскими вечерами». Однако, результат работы ему самому не слишком пришелся по душе. Песня была заброшена в ящик стола, где «Вечера» благополучно потерялись среди таких же, по мнению композитора, средненьких вариантов. В 1956 году в преддверии Спартакиады народов СССР государство озадачило всех съемками фильмов про спорт. Одной из картин была документальная лента про легкую атлетику. Режиссеры решили отойти от типичного для того времени маршевого музыкального оформления кинолент. Тут и пригодилась домашняя заготовка Василия Павловича.
Стихи написал Михаил Матусовский, превративший ленинградские вечера в подмосковные. На этом этапе их совместное детище чуть было не умерло в первый раз. Сначала популярнейший Марк Бернес, которого метили в исполнители «Подмосковных вечеров», наотрез отказался петь песню, которая «слышится и не слышится». Если музыка знаменитого исполнителя песен и актера устроила, то стихи вызывали у него вопросы . — А с речкой что случилось? Чего это она у вас «движется и не движется»? — вопрошал Марк Наумович. — Нормальная песня, — вступился за поэта Василий Соловьев-Седой. — «Что ж ты, милая, смотришь искоса, низко голову наклоня», — продолжал жизнерадостно глумиться Бернес. — Я понял! Это из категории «попробуй сам!» Короче, Бернес отказался.
Затем взбунтовался художественный совет. Чиновники на милую со слегка вывернутой головой внимания не обратили. Они усмотрели в песне пресловутые буржуазные мотивы и мещанскую сущность, которым в фильме о спортивном воспитании молодежи, по их мнению, делать было нечего. Вдова поэта Евгения Матусовская вспоминала, что с вердиктом комиссии авторы «Подмосковных вечеров» вполне смирились. — Михей, — сказал Соловьев-Седой. — Наверное, они правы. Будем считать, что это наша неудача. Однако, на следующий день позвонили из худсовета. Песню утвердили, но только потому, что другой не нашлось под рукой.
Исполнение доверили замечательному артисту Большого театра Евгению Кибкало. На записи в студии документальных фильмов авторы опять приуныли. Мало того что лирические «Вечера» с трудом увязывались с крепкими легкоатлетическими ребятами в кадре. Так еще и великолепный оперный баритон Кибкало не вписывался в общую тональность фильма. Лента о спорте никак не хотела собираться воедино.
Ситуацию спас замечательный актер и певец Владимир Трошин. В его исполнении «Подмосковные вечера» по-настоящему зазвучали. А широкую известность песня приобрела в 1957-м году — после того, как стала торжественной песней Московского фестиваля молодежи и студентов в исполнении Владимира Трошина. С тех пор «Подмосковные вечера» стали хорошо знакомы не только каждому советскому человеку, но и снискали себе славу одной из наиболее известных советских (а ныне — российских) песен за рубежом. Также она была любимой песней Слободана Милошевича под которую его и хоронили.