Nhân các bạn nói đến bánh mì đen, Nina xin dẫn ra một phần trong cuốn sách "Moskva và người dân Moskva" của Vladimir Gilyarovsky, nhà báo nổi tiếng thời kỳ cuối thế kỷ 19 - đầu thế kỷ 20, viết về một bác thợ làm bánh mì danh tiếng ở Moskva. Bản dịch thì xin khất sau nhé...
Nguồn: http://www.lib.ru/RUSSLIT/GILQROWSKIJ/gilqrowskij.txt
Trích:
Владимир Гиляровский. Москва и москвичи
БУЛОЧНИКИ И ПАРИКМАХЕРЫ
На Тверской, против Леонтьевского переулка, высится здание бывшего булочника Филиппова, который его перестроил в конце столетия из длинного двухэтажного дома, принадлежавшего его отцу, популярному в Москве благодаря своим калачам и сайкам.
Филиппов был настолько популярен, что известный московский поэт Шумахер отметил его смерть четверостишием, которое знала вся Москва:
Вчера угас еще один из типов,
Москве весьма известных и знакомых,
Тьмутараканский князь Иван Филиппов,
И в трауре оставил насекомых. Булочная Филиппова всегда была полна покупателей. В дальнем углу вокруг горячих железных ящиков стояла постоянная толпа, жующая знаменитые филипповские жареные пирожки с мясом, яйцами, рисом, грибами, творогом, изюмом и вареньем. Публика -- от учащейся молодежи до старых чиновников во фризовых шинелях и от расфранченных дам до бедно одетых рабочих женщин. На хорошем масле, со свежим фаршем пятачковый пирог был так велик, что парой можно было сытно позавтракать. Их завел еще Иван Филиппов, основатель булочной, прославившийся далеко за пределами московскими, калачами и сайками, а главное, черным хлебом прекрасного качества.
Прилавки и полки левой стороны булочной, имевшей отдельный ход, всегда были окружены толпами, покупавшими фунтиками черный хлеб и ситный.
-- Хлебушко черненький труженику первое питание,-- говорил Иван Филиппов.
-- Почему он только у вас хорош?--спрашивали.
-- Потому, что хлебушко заботу любит. Выпечка-то выпечкой, а вся сила в муке. У меня покупной муки нет, вся своя, рожь отборную покупаю на местах, на мельницах свои люди поставлены, чтобы ни соринки, чтобы ни пылинки... А все-таки рожь бывает разная, выбирать надо. У меня все больше тамбовская, из-под Козлова, с Роминской мельницы идет мука самая лучшая. И очень просто! -- заканчивал всегда он речь своей любимой поговоркой.
Черный хлеб, калачи и сайки ежедневно отправляли в Петербург к царскому двору. Пробовали печь на месте, да не выходило, и старик Филиппов доказывал, что в Петербурге такие калачи и сайки не выйдут.
-- Почему же?
-- И очень просто! Вода невская не годится! Кроме того,-- железных дорог тогда еще не было,-- по зимам шли обозы с его сухарями, калачами и сайками, на соломе испеченными, даже в Сибирь. Их как-то особым способом, горячими, прямо из печки, замораживали, везли за тысячу верст, а уже перед самой едой оттаивали--тоже особым способом, в сырых полотенцах,-- и ароматные, горячие калачи где-нибудь в Барнауле или Иркутске подавались на стол с пылу, с жару.
Калачи на отрубях, сайки на соломе... И вдруг появилась новинка, на которую покупатель набросился стаей,-- это сайки с изюмом...
-- Как вы додумались?
-- И очень просто! -- отвечал старик. Вышло это, действительно, даже очень просто. В те времена всевластным диктатором Москвы был генерал-губернатор Закревский, перед которым трепетали все. Каждое утро горячие сайки от Филиппова подавались ему к чаю.
-- Э-тто что за мерзость! Подать сюда булочника Филиппова! -- заорал как-то властитель за утренним чаем.
Слуги, не понимая, в чем дело, притащили к начальству испуганного Филиппова.
-- Э-тто что? Таракан?! -- и сует сайку с запеченным тараканом.-- Э-тто что?! А?
-- И очень даже просто, ваше превосходительство,-- поворачивает перед собой сайку старик.
-- Что-о?.. Что-о?.. Просто?!
-- Это изюминка-с!
И съел кусок с тараканом.
-- Врешь, мерзавец! Разве сайки с изюмом бывают? Пошел вон!
Бегом вбежал в пекарню Филиппов, схватил решето изюма да в саечное тесто, к великому ужасу пекарей, и ввалил.
Через час Филиппов угощал Закревского сайками с изюмом, а через день от покупателей отбою не было.
-- И очень просто! Все само выходит, поймать сумей,-- говорил Филиппов при упоминании о сайках с изюмом.
|
THỢ LÀM BÁNH MÌ
Trên phố Tverskaya, đối diện với ngõ Leontievsky là ngôi nhà cao cao của người thợ làm bánh mì trước đây Philippov. Cuối thế kỷ 19, ông đã xây lại từ ngôi nhà hai tầng dài, vốn thuộc cha ông, người thợ nổi tiếng khắp Moskva với những chiếc bánh mì của mình
Philippov nổi tiếng đến nỗi Shumakher, nhà thơ có tiếng của Moskva đã nhắc đến cái chết của ông bằng bốn câu thơ mà cả Moskva đều biết đến
Hôm qua lại qua đời thêm người nữa
Vốn Moskva biết mặt, biết tên
Công tước Đại Gián Ivan Philippov
Đoàn gián chịu tang đầy tiếng khóc rên
(còn tiếp)
|