Выписки из мемуара Жуковцев
МОСКВА ВСЕГДА ВО МНЕ
Нгуен Ким Кхой
Я всегда горжусь тем, что в годы моей жизни мне выпала честь бывать в Москве даже трижды. Первый раз в период с 1962 по 1964гг, когда я приехал в Москву, жил и учился в самой престижной в СССР и в мире в то время Военно-воздушной Инженерной Академии (BВИА) им. Проф. Жуковского, на факультете Вооружения. Второе (в 1977г.) и третье (в 1980г.) мои пребывания были всего транзитом на несколько часов между авиарейсами из Вьетнама в Варшаву, столицу прекрасной Польской Народной Республики, куда я летал, выполняя задания Вьетнамской Народной Армии привезти в подарок Польской Армии наши трофеи - американские истребители, захваченные нами во время операции по освобождению Южного Вьетнама и воссоединению страны в 1975г.
Москва – старинная, грандиозная и величественная столица. Все мы были растеряны и ослепительны перед её видом, такого никто не видел в жизни. Больше всего нас впечатляет Красная Площадь, где находится величавый Московский Кремль со своёобразной архитектурой, глубоко пропитанной спецификой русской культуры. Его высокие пронизывающие небо башни выгладят великолепно и внушительно. Центром Красной Площади является Мавзолей В.И.Ленина, Великого Вождя пролетариата и угнетённых народов всего мира. Любые, кто сюда приходит, обязательно посетят Мавзолей чтобы чтить память Ленину и воспоминать Его заслуги перед человечеством. Я тоже посетил Мавзолей, принося с собой глубокое уважение и бесконечную любовь, накопленную за все годы моей молодости.
В моей памяти есть немало незабываемых воспоминаний по Советской России, по Москве, по простому русскому народу, по своим русским учителям и учительницам.
Самое яркое событие, могу сказать, это когда меня приняли в ряды Партии Трудящихся Вьетнама (ныне Компартия Вьетнама) в день 28-го декабря 1963 года в партячейке вьетнамских военных учащихся в Академии им. Жуковского в Москве. Вместе со мной тогда вступил в Партию мой однокурсник, товарищ Дау Ван Ти, ныне ушёл на заслуженный отдых в Дафук, Ханой. Представление меня вступить в Партию сделал товарищ Чыонг Ким Нгок. Короткая церемония вступления происходила в непринуждённой, но достаточно серьёзной обстановке, соответствующей требованиям процедуры. Мы обои испытывали полное чувство чести и гордости и были очень трогательны, осознавая, что нас приняли в авангардную Партию рабочего класса Вьетнама именно на родине Великой Русской Октябрьской Революции, на том месте, что недалеко от Красной Площади, где покоит Великий Ленин. И из тысяч вьетнамских военных учащихся в то время в Советском Союзе, мы были первыми, кого приняли в Партию. Наше принятие в Партию было результатом длительного процесса самосознания и всестороннего самоусовершенствования прежде и в годы учёбы в Академии.
Всё это было правдой, но не получается слишком серьёзно ли когда я его излагаю на бумаге. Пусть мой читатель отсеивает для себе то что правдивое в моем воспоминании и откладывайте в сторону лишнюю серьёзность.
Теперь хочу рассказывать о нескольких курьёзных, незабываемых эпизодах в нашей обыдённой жизни.
Сначала о нашем умении в обращении на русском языке в первые дни пребывания в Москве.
До отъезда в СССР мы все проходили в течении шести месяцев краткий курс русского языка, организованный МинОбороны в Военном училище Культуры в провинции Ланг Шон. Курс вели вьетнамские преподаватели. Как только начали привыкать к этим А, Б, В, Г, Д…, мы уже оказались в Москве. Поэтому лишь те, кто считались молодцами в учёбе, могли бубнить несколько фраз в «беседе» с местными. А те, кто считались «дураками», стояли молча или «разговаривали» руками до полной усталости. Отсюда и появился анекдот, который рассказывал мой однокурсник Гуинь Тунг. Всегда во время обеда и ужина, вьетнамские офицеры, как и все офицеры других стран, учащиеся в Академии, стояли в очереди. Вьетнамцы часто наблюдают чтобы могли занимать места рядышком друг с другом. Кто мужественнее, лучше по-русски говорят, всегда стоят впереди и первыми заказывают блюда. Остальным, когда приходит очередь, приходится всего произносить коротко два слова: «тоже сам», и так легко и довольно получают свои пайки. Нам до сих пор смешно каждый раз, когда рассказываем этот эпизод, вспоминая о тех друзьях, кто плохо говорил по-русски и целый месяц ел всего одно блюдо «тоже сам» по заказам других, а так им и не надоело.
Другой эпизод. Группа вьетнамских офицеров решили ходить в ГУМ в одно прекрасное воскресенье. Один офицер хочет купить резиновую растяжку для трусов. Он старательно смотреть и искать нужный товар в каждой витрине или ларьке. Видел бы, показал бы и мог бы купить его, не прибегая к помощи знания русского языка. К его несчастью, ходит, ходит, ноги устают, а нигде не может найти бедную растяжку. Наконец он берёт себя в руки, подходит к девушке-продавщице, используя весь свой запас русского словаря, говорит, и одновременно объясняет руками следующее: «Я… надо… купит… вещь, он в… трусах, он… может короткий… и может… длинный…». Послышав объяснение, девушка, не отвечая, быстро поворачивается, лицо у неё стало совсем краснеть. Наши ребята чувствуют что-то неладно в русском выражении друга и вместе быстро сматывают с места.
Хочу рассказать ещё об одном случае, связанном также с русским языком. Было тоже в воскресенье, после получения стипендии в первом месяце учёбы в сумме 55 рублей, трое друзей- вьетнамских офицеров из нашей Военной Академии пришли в ГУМ за покупкой. Надо сказать, что в глазах вьетнамцев в те годы в ГУМе была уйма товаров чтобы покупать. Ходят друзья по ГУМу и выходят на одно место, где стоят в змеиной очереди одни женщины. Друзья думают, женщины умные, раз они стоят в такой длинной очереди значит в том конце продают хорошие, женские товары, стоит нам купить на подарок своим жёнам и сёстрам на родине. Но как только друзья встают в очередь, местные женщины что-то стали шептать между собой и несколько женщин что-то им говорят. (Быть может, они говорят что очередь здесь только для женщин, для мужчин есть другое место). Наши друзья ни как не понимают, что женщины говорят, но все стараются делать вид что понимают и отвечают равнодушно «да», продолжая стоят на месте. В то время очередь продвигается. Русские женщины шевелят плечами и снова что-то шепчут. Наконец одна женщина с добрым лицом подходит к друзьям- иностранцам и старается что-то им объяснять. Наши друзья всё ещё не понимают, но чувствуют что женщины хотят, чтобы они здесь не стояли. Посоветовавшись между собой, они решили подойти по ближе смотреть что там продают. В начале очереди тройка наших друзей видит только дверь, через которую входят и выходят женщины. А на двери висит табличка с буквой «Ж». Что это такое они понимают и покрасневши быстро сворачиваются с очереди.
Перехожу к воспоминаниям о духовно-художественной жизни.
При нашей Академии был прекрасный клуб, который назывался Дом Офицеров, где проводили время досуга офицеры-учащиеся из разных стран. Каждую неделю здесь организовали музыкальную программу, дискотеку, танцы. Вьетнамские офицеры тоже сюда ходят веселиться по субботам и воскресеньям. Те, кто может танцевать, танцует, а кто нет, смотрит и развлекается общением. В дни вьетнамских праздников командование Академии разрешает организовать вьетнамские программы, где наши в офицерской форме выступали с концертом, пели песни, читали стихи. Мы обычно пели в хоре или в группе, когда выполняли русские и вьетнамские песни такие товарищи как Та Куок Ши, Нгуен Дык Там, Чан Минь и я. Помню, что русским друзьям очень нравилось, когда мы пели «Подмосковные вечера», «Ленин всегда живой» «Тревожная молодёжь»…Наши выступления всегда получали горячие аплодисменты от зрителей в клубе.
Чтобы создавать нам условие для практики русского языка, наши преподавательницы часто организовали поездки в средние школы, находящиеся в окрестностях Москвы. Там мы имели возможность свободно общаться с учениками школ. Во время посещения школ мы могли не бояться говорить по-русски с нашими маленькими русскими друзьями или учиться у них танцевать вальс. Ученицы русских школ очень красивые, полные чистотой, добродушием и смелостью. Нужен только сигнал от директорши школы, они сразу подходят к нашим офицерам, приглашают на танцы и учат нас танцевать вальс. В ритме приятной музыки слышатся их команды: «Раз…два…раз…два… на меня…на вас…», которые корректируют наши шаги по вальсу. Как эти экскурсии прекрасны и полезны были, они дали нам возможность практиковать русский язык и научиться танцевать вальс так чтобы не наступать на ноги своих партнёршей. Мы всегда были благодарны своим учительницам и маленьким друзьям- ученицам русских школ.
Об уважаемых преподавателях и преподавательницах.
Мы учились в Академии им. Жуковского всего два года, однако это короткое время было достаточно чтобы сложилось и укрепилось уважение и любовь вьетнамских военных учащихся к своим преподавателям. Наших воспитателей было много, всех по именам невозможно запоминать, тем более с тех пор как сорок четыре года уже прошли. Только есть одно то, что ни как нельзя не помнить, это все наши учители и учительницы были такими хорошими, талантливыми и добрыми, всегда от души заботились о нас. Конечно, во мне хранилась яркая память об многих из наших уважаемых, такие как генерал майор Шишкин, который был ответственным по вопросам иностранных учащихся; полковник Протопопов, непосредственно ответственный за вьетнамских учащихся; один добрый подполковник, который отвечает по бытовым вопросам; преподавательницы русского языка Жукова (из факультета двигателя) и Сердюковская (из факультета вооружения, на котором учились мы с товарищами Дау Кхак Тй, Хоанг Тхук Хап, Нгуен Чонг Хиеу и Нгуен Суан Фу). В те дни, наши преподаватели выглядели очень молодо по сравнению с их офицерскими званиями и должностями в Академии. Сейчас, почти полвека прошло, в мысли так хочется знать как поживают наши уважаемые преподаватели, живы ли, здоровы ли, материально обеспечены и счастливы ли они, уходил ли кто-нибудь в Божий мир. В последние годы из нас, ваше следующее поколение, некоторые уже покидали наш мир.
Если из наших родных учителей кого-то уже нет среди нас, то мы, ученики ваши, искренне просим разрешения собираться и встать в строй, со скорбью наклонять низко голову на прощание с нашими многоуважаемыми преподавателями. Мы, бывшие военные учащиеся Московской Академии им. Жуковского, всегда всех вас помним.
Г. Хошимин, 8 Августа 2008года
|